схематизация в Московском методологическом кружке
музей схем Московского методологического кружка
конференция по схематизации фонда им.Г.П.Щедровицкого

1.
Вместо тезиса:
"Вы хотите мыслить действительность - мыслите. Вы хотите осуществлять деятельность - действуйте. Вы хотите рефлектировать - рефлектируйте. Вы хотите переходить от одного к другому - переходите. Но вы не имеете права хотеть, чтобы вам все это было дано в одном" (Г.П.Щедровицкий).
2.
Цитата из Г.П.Щедровицкого служит предупреждением - чем не может и не должна быть схематизация. При этом цитата прямо указывает на "классическую" ситуацию, в которой востребована именно схематизация. Тем самым, схематизация - одно из самых парадоксальных явлений интеллектуальных практик. Его, явления, парадоксальность обусловлена специфической ролью языка, знака и знания в т.н. "ситуации схематизации". Последняя фиксируется в интеллектуальной практике как дисфункция одноименных оперативных систем культуры. Вид дисфункции и характер техники/операторики (на основаниях лингвистики, семиотики и эпистемологии) в "ситуациях схематизации" выдвигает к "языку", "знаку" и "знанию" требования и задачи, нетипичные с точки зрения культурных норм или стандартов тех или иных социопроизводственных обстоятельств.
3.
В самом общем виде банальная практическая "ситуация схематизации" проявляется в озадаченности артикулированием содержания, где приемы его "предметного" выражения выводят нас к оперативным границам привлекаемых языковых, знаковых и знаниевых средств (возможностям одноименных оперативных систем культуры). Оставаясь "внутри" границ, мы подвергаем ревизии или переинтерпретации культурные значения и функции используемых единиц языка, знака и знания. Более того, сдвигаем их функциональную роль и подвергаем перефункционализации (в одном пределе - вплоть до аутентификации и функции идиолекта, в другом - вплоть до полного выхолащивания значения или "всеобщей" абстракции).

4.
Методологическая фиксация "ситуации схематизации" оценивает данную парадоксальность (с воспроизводственной и нормативно-культурной точек зрения) как нормальную и рабочую (с теоретико-деятельностной и теоретико-мыслительной точек зрения). Проблематизация какого-либо положения возможна при условии выхода "за" оперативные границы наличных оперативных систем культуры (субкультуры, предмета деятельности, профессиональной области, института...). Здесь рабочим процессом выступает уже не переинтерпретация значений и не перефункционализация данных систем и их единиц с целью "предметного" выражения артикулируемого содержания, а конструирование содержания, до того не имевшего прецедентов выражения (или конструирование в отсутствие опыта артикуляции).
5.
"Схема мыследеятельности", "схема категории", "схема знания" и еще целый ряд интеллектуальных продуктов Московского методологического кружка связываются с "ситуациями схематизации" второго рода. Организация интеллектуальных работ в них (собственно схематизация) подчинена фундаментальному устройству, известному под названием <схема "объект - предмет">.
В логике данной организации интеллектуальной работы процедуры схематизации регулируются отношением "знаковая форма - < ш> материал", где первый член отношения представляет конструкцию значения в средствах и приемах нормативно-культурного оформления содержания, а второй член с функциональным, "пустым", местом - конструируемый материал строящегося и артикулируемого содержания. "Пустое" место - и есть место для схемы (мыследеятельности, категории, знания…) в собственном для ММК смысле слова.

6
Языковое выражение "схема мыследеятельности" (со всем приданным ему арсеналом конструкций значения) следует прочитывать (а также, видеть и знать) как: "схема - мыследеятельности", где знак тире логически и функционально тождественен изображениям интенциональных отношений в "схеме "объект - предмет"". Как известно, интенциональные отношения в данной схеме вариативны (от варианта "закрытой" атрибуции до "открытой" мыслительной операции), что позволяет говорить о различных методологических стратегиях схематизации.